Жизненные перспективы, ценности и цели молодежи Сибири (по данным исследования в Сибирском федеральном округе)
Скосырева Н.Д.,  Зинич А.В.,  Помогаев В.М.,  Разумов В.И.,  Ревякина Ю.Н.,  Васюкова М.В.
DOI: 10.17212/2075-0862-2022-14.2.2-411-428
УДК: 371.134
Аннотация:

В статье представлены результаты социологического исследования проблем профессионального и жизненного самоопределения молодежи в условиях цифровизации, одной из целей которого являлось выявление представлений современной молодежи о жизненных перспективах, целях и ценностях. В ходе исследования проведен опрос молодых людей в возрасте 14–35 лет десяти субъектов Сибирского федерального округа. Опрос проведен в октябре–ноябре 2021 года. Выборочная совокупность составила 5092 юношей и девушек, представляющих различные социальные группы: школьники, студенты учреждений начального профессионального образования, учреждений среднего профессионального образования, высших учебных заведений, а также работающая молодежь. В статье проведен сравнительный анализ выборов различных групп молодежи относительно будущих перспектив, целей и ценностей. В ходе изучения вопроса о горизонтах планирования будущего авторы пришли к выводу о том, что современная молодежь, независимо от принадлежности к той или иной группе в большинстве своем планирует свое будущее в горизонте от нескольких дней до 5 лет. В результате исследования установлено, что в качестве важнейших жизненных целей студентов и работающей молодежи выступают достижение материального благополучия и создание семьи, тогда как школьники в качестве приоритетных целей выбрали образование и будущий профессиональный успех. В качестве основных факторов, способствующих достижению поставленных целей, респонденты практически всех групп молодежи назвали высокий уровень интеллекта и моральную поддержку близких. Наличие стартового капитала отмечено как важный фактор успеха представителями работающей молодежи. Итоги исследования позволяют сделать вывод о том, что для разных социальных групп молодежи смысложизненные ценности формируются на основе разных смысловых структур, в основе которых разные комбинации патриотизма, семейственности, экономического благополучия и творческой, духовной реализации. В статье проведен анализ степени удовлетворенности современной молодежи различными сторонами жизни. Отмечена высокая степень неудовлетворенности отдельными аспектами жизни у категории работающей молодежи. В качестве позитивной тенденции отмечено возрастание значимости патриотических ценностей и растущее понимание важности развития интеллектуальных способностей, образования и постоянного саморазвития. Делается вывод о том, что исследование жизненной перспективы в контексте ценностей, целей и смыслов позволяет оценить направленности, мотивацию и тенденции выборов современной молодежи.

Лживость в современном обществе: способ адаптации или свойство личности?
Чухрова М.Г.,  Филь Т.А.
DOI: 10.17212/2075-0862-2021-13.3.1-188-204
УДК: 159.9 + 141.3
Аннотация:

В статье представлен философско-психологический анализ психодинамики лживости как специфического феномена, детерминированного личностными качествами. Изложены результаты исследования, в котором приняли участие студенты обоего пола (156 человек в возрасте 17–25 лет), с помощью разработанного авторами опросника для самооценки допустимости лжи. Были выделены три группы испытуемых, по 30 человек в каждой: лица с отрицательным отношением ко лжи, лица, которые допускают ложь в некоторых случаях, и лица, допускающие ложь во всех ее проявлениях. Проведено сравнение личностных факторов в этих группах с помощью опросника Кэттела 16 PF. Показано, что лица с разной допустимостью лжи и лживости имеют разные психотипы. Лица, категорически отрицающие и не допускающие ложь и лживость, обладают высоким самоконтролем поведения, суровостью и жесткостью, при этом внутренне робки, держатся отчужденно, напряженно, недостаточно беспечны, избегают стрессов, имеют суженную жизненную перспективу. Лица, допускающие лживость в некоторых случаях и ситуациях, конформны, зависимы, не всегда уверены в себе, часто озабочены проблемами, эмоционально неустойчивы, часто бывают напряжены. У них происходит борьба между совестливостью и лживостью, спровоцированная эмоциональной неустойчивостью и отсутствием «нравственного стержня», не допускающего выражения собственного мнения. Наконец, респонденты, представляющие откровенно лживый тип, выявляют эмоциональную сбалансированность, гибкий интеллект, коммуникабельность, хорошую память и вариативное творческое мышление. В выделенных группах различаются способы противостояния стрессу. Показано, что адаптивность лиц из 3 группы выше, чем лиц из 1 и 2 групп. Выявлено, что допустимость лжи положительно коррелирует с готовностью к стрессу, а отрицательное отношение к лжи связано с низкой стрессоустойчивостью. Из этого следует вывод о том, что лживость заложена в структуру личности как адаптивная стратегия. Авторы констатируют, что лживость – это адаптивный феномен, который облегчает выживание в социуме.

Советская женщина как внутрисемейный агент власти в антиалкогольной политике
Болотова Е.В.
DOI: 10.17212/2075-0862-2020-12.2.2-418-433
УДК: 008
Аннотация:

Статья посвящена образу женщины, конструируемому властным дискурсом в ранний советский период. В фокусе внимания – навязывание советским женщинам, помимо социальной роли работницы производства, общественницы и матери, еще одной роли – контролера за общественным порядком. Исследование посвящено трансформированию женского образа в рамках антиалкогольной политики. Содержание этого дополненного образа и способы его трансляции в массовой литературе были изучены с помощью качественного контент-анализа. Источниками послужили тексты, представляющие позицию редакции и письма читательниц, опубликованные в журнале «Работница» за период с 1925 по 1936 гг., статьи из журнала «Революция и культура» за 1928–1930 гг. и пропагандистские брошюры.

В ходе исследования было обнаружено, что в борьбе за «культурно пьющих» граждан пропаганда начала менять адресатов своих властных посланий. Вместо того чтобы обращаться к жертвам алкогольной зависимости, мужчинам, пропаганда направила свое внимание на их жен. Героини антиалкогольных статей представали перед читателями невинными жертвами мужниного пьянства, но в то же время подчеркивалось, что они обладают большим личностным потенциалом, чтобы мужественно бороться с алкоголизмом. В связи с этим образ женщины начинал приобретать всё более положительные черты. Истории женских судеб вызывали не только сострадание и жалость, но и восхищение. В то же время образ присутствовавшего рядом с ней мужа становился всё более жалким, беспомощным и проявляющим низкую социальную ответственность. Официальный дискурс 1930-х гг. стремился передать женщине полномочия семейного и социального контроля. Вследствие этого конструируемый образ трудящейся женщины-матери, занимающейся общественной работой, обогатился социально-воспитательной и общественно-регулирующей функцией. Таким образом, антиалкогольная пропаганда провоцировала изменение ранее существующего гендерного порядка, при котором главенствующее место в семье занимал мужчина, и выводила на передний план женщину как более сознательного советского человека.

«Наземные войны» президентской кампании в США
Жежко-Браун И.В.
DOI: 10.17212/2075-0862-2020-12.2.1-48-82
УДК: 323.23; 329.7
Аннотация:

Президентская кампания 2020 г. в США принесла много сюрпризов для аналитиков и создала новые прецеденты в ремесле политтехнологов. В праймайриз были продемонстрированы совершенно разные подходы к ее ведению и, в частности, к организации ее «наземной» части, которая в англоязычной литературе получила название ground game (GG). Статья содержит краткий анализ основных трендов, стратегий и технологиий ведения GG в президентских кампаниях за последние 20 лет, который имеет целью объяснить, что происходит в текущей кампании. Называются основные причины повышения внимания и затрат на GG в президентских кампаниях, которые сделали GG полигоном реальной демократии в смысле не только прямого участия населения, но и его решающей роли в этом процессе. В статье также описываются нововведения в организации GG за 20 лет: от кампании Буша младшего в 2000 г. до кампании включившегося последним в президентскую гонку Майкла Блумберга в 2020 г.: сетевой маркетинг, выделение целевых групп (microtargeting), организация кампании в виде общественного движения (distributed or big organizing) и др. Основной фокус в анализе сделан на организационной структуре GG и процессе формирования коалиции избирателей. Статья описывает четыре базовые организационные модели GG, задействованные в текущей кампании: партийная инфраструктура, иерархихическая сеть социальных организаторов, социальное движение или революция снизу, «филантропическая» модель. С помощью этих моделей проанализированы GG и состав коалиций в праймериз Байдена, Сандерса, Блумберга, а также основания, по которым Демократическая партия на данном этапе предпочла Байдена остальным кандидатам. Делаются выводы, что Байден является пока номинальным, неокончательным кандидатом партии, и что его GG в праймериз делается по модели последней кампании Обамы, что делает ее успех в новой электоральной ситуации сомнительным.

Социальная солидарность как фактор развития национальной государственности в Центральной Азии (на примере Узбекистана)
Осьмук Л.А.,  Тагиева Г.Г.
DOI: 10.17212/2075-0862-2019-11.2.2-296-309
УДК: 316.42
Аннотация:

В статье рассматриваются социальные и социально-политические процессы, протекающие в Центральной Азии. Обсуждаются новое понимание социальной солидарности в традиционном восточном обществе и наметившийся переход к модели национальной государственности Узбекистана, построенной на принципах взаимодействия с гражданским обществом. Проблема заключается в том, что социальная солидарность в эпоху демократических свобод строится в контексте поиска баланса между необходимостью усиления национального государства и естественным процессом развития гражданского общества. Для восточных государств этот баланс всегда имел свою специфику. Цель исследования – выявление возможностей и барьеров социальных и социально-политических процессов, построенных на обращении к солидарности как социальному механизму, позволяющему эффективно интегрировать общество. При этом отмечается политическая и идеологическая составляющая социальной солидарности, которую часто используют в качестве лозунга. Анализируются факторы и условия развития социальной солидарности. Сама социальная солидарность интерпретируется как фактор развития национальной государственности. Узбекистан при этом всё чаще становится инициатором объединения и солидарности государств и обществ на всей территории Центральной Азии и Востока. На основании данных интервью, проведенного центром «Стратегия прогресса», демонстрируется оценка социальных изменений со стороны экспертного сообщества. Показано, как интеллигенция принимает концепцию солидарности. Социальная солидарность, с точки зрения интеллигенции, позволит: снизить социальную напряженность в многокультурном и многоэтничном узбекском обществе, с территориальным обозначением границ, оставшимся от советской эпохи, и сохранившейся клановостью; привести к росту институтов гражданского общества, некоммерческих, негосударственных организаций, и, соответственно, к снижению роли силовых структур. Наконец, это пойдет на пользу социально-психологической атмосфере в обществе, поддержит позитивные социальные настроения. В заключении статьи ставится новая научная проблема, связанная с поиском критериев социальной солидарности (или состояния данного процесса), и необходимостью проведения обследования общественного мнения, для понимания того, что думают по этому вопросу различные социальные группы.

Терроризм XXI века: актуализация проблемы в контексте глобализации
Бодрова Ю.В.
DOI: 10.17212/2075-0862-2019-11.2.2-310-329
УДК: 179.7
Аннотация:

В публикации затрагивается проблема современного терроризма, которая приковывает внимание исследователей уже несколько десятилетий. Число терактов с каждым днем становится всё больше. Несостоятельность контртеррористической деятельности  вызвана, прежде всего, непониманием сущности этого социального явления. Привычное оценивание тех или иных действий с позиции «хорошо» или «плохо» уводит исследователей от понимания глубинных причин происхождения феномена. Особое внимание автор обращает на то, что терроризм в своей основе является комплексным феноменом, включающим в себя элементы других, близких ему явлений. В публикации проведен комплексный междисциплинарный анализ феномена терроризма, позволивший выделить как его отдельные стороны, так и показать их взаимосвязь. Прослежена аналогия терроризма с такими явлениями, как террор, война и экстремизм. Использование междисциплинарного анализа позволило расширить понимание «насилия двадцать первого века» без демонизации его главных акторов. В статье особое внимание уделяется проблеме взаимного влияния средств массовой информации и террористических организаций. Возможно ли существование терроризма вне рамок СМИ? Данный вопрос затрагивает огромный пласт современных проблем: от этики журналистов до легитимности ограничения в пользовании сети Интернет. Ответы на поставленные вопросы помогут взглянуть на терроризм не просто как на негативное явление современности, а как на автономное социальное символическое пространство, существующее в контексте глобализации.

Влияние институтов на социально-демографические процессы. Сравнительное исследование
Клисторин В.И.
DOI: 10.17212/2075-0862-2019-11.2.2-235-250
УДК: 314.74, 332.13
Аннотация:

Статья продолжает серию публикаций автора по истории освоения и развития Сибири, анализу ее современного социально-экономического положения и перспектив дальнейшего развития. Автор выявил влияние институтов на динамику демографических и социально-экономических процессов.  В результате сравнения развития Сибири и Канады в долгосрочной ретроспективе выявлено влияние формальных институтов и системы управления в целом на миграцию населения и успешность социально-экономического развития. Процессы освоения и заселения Сибири и Канады до начала ХХ века определялись преимущественно природно-ресурсными факторами и экономико-географическим положением регионов и шли параллельно. Сибирь лидировала в скорости заселения и, особенно, сельскохозяйственного освоения территории благодаря наличию сухопутного маршрута и меньшему числу альтернатив для мигрантов. В ХХ веке модели развития мегарегионов разошлись, и это сказалось на всех сторонах жизни населения. Освоение природных ресурсов в Сибири в советский пережило ряд этапов, некоторые из которых сопровождались резким падением уровня жизни и привели к массовым человеческим жертвам. Периоды форсированного индустриального освоения сменялись периодами застоя и оттока населения. Особенности институционального устройства и моделей управления привели к централизации и монополизации экономики Сибири. В постсоветский период это привело к очаговому характеру освоения природных ресурсов, усилению сырьевой специализации региона. Подобная модель развития и бюджетное устройство России привели к негативным демографическим последствиям и стагнации внутреннего рынка мегарегиона. Эти вызовы следует учитывать при формировании программ развития Сибири и ее частей.

Нейропсихологические методы в пенитенциарной системе в аспекте нейроэтики
Тимошенко Г.А.,  Сидорова Т.А.
DOI: 10.17212/2075-0862-2019-11.2.1-171-189
УДК: 608.1, 159.9.072, 341.851
Аннотация:

В статье поставлена проблема защиты личности от дискриминации при использовании нейропсихологических методов в пенитенциарной системе. В поле этической рефлексии в нейроэтике предлагается рассматривать не только новые возможности влияния на сознание и психическое здоровье человека, которые открываются в современных нейроисследованиях, но и включить методы, имеющие достаточно длительную историю. В качестве объекта исследования выбрана пенитенциарная система, что дает возможность взвесить регулятивные возможности нейроэтики в особых условиях априорного принуждения и недобровольности. Рассмотрено действие принципов уважения достоинства личности, добровольности в выражении согласия на участие в психодиагностических и психокоррекционных мероприятиях. Вопрос о выражении информированного согласия на нервно-психическое воздействие обсуждается по аналогии с биомедицинским вмешательством. Опыт применения нейропсихологических методов описан на примерах полиграфа (детектора лжи) и нейролингвистического программирования. Указано, что полиграф достаточно широко используется не только в дознавательной и судебной практике, но и в диагностике, при приеме на работу, при перемещении по службе, при поступлении в образовательные учреждения системы службы исполнения наказаний. В ситуации, когда клиент зависим от психолога, вопрос о добровольности выражения согласия на прохождение процедуры должен решаться в соответствии с принципом уязвимости. К представителям уязвимых групп следует применять правила, учитывающие особенности их положения. Несмотря на усовершенствование процесса детекции лжи с помощью полиграфа, нет уверенности в точности и достоверности получаемых данных. Однако они, как и результаты других методов психодиагностического исследования, в отсутствие надлежащих этических принципов, могут быть интерпретированы в ущерб личности. Нейролингвистическое программирование позволяет осуществлять сбор данных о подсознательных мотивах и оказывать на личность целенаправленное воздействие. При использовании этого метода также возникает проблема выражения информированного согласия с учетом специфики пенитенциарных учреждений. Результаты нейролингвистического программирования доподлинно личностью могут не осознаваться. Общей тенденцией в России является расширяющееся применение методов НЛП и полиграфа, что говорит о стремлении получить в руки нейропсихологические инструменты, которые позволят быстро достичь видимого результата, без особой заботы об этичности его получения, надежности, долговременности. Сделан вывод о том, что нацеленность на гуманизацию пенитенциарной системы в России с помощью психологической службы дает положительные результаты. Однако есть опасность использования методов психодиагностики и психокоррекции в манипулятивных и этически сомнительных целях, что ведет к утрате доверия к ней.

Караимы Крыма. Путевые заметки к вопросу об идентичности
Плюснин Ю.М.
DOI: 10.17212/2075-0862-2019-11.2.1-209-232
УДК: 316.334.52 + 316.643.3 + 316.723
Аннотация:

В статье на основе полевых социологических материалов обсуждается проблема самоидентификации малого народа – караимов Крыма. Вопрос остро актуален не только для самих караимов, но и для исследователей, поскольку имеет место противоречие важнейших атрибутов этнической идентичности: языка и религии. С целью оценки актуальности проблемы этно-социальной идентичности крымских караимов, было проведено полевое социологическое исследование, базирующееся на 15 экспертных интервью с караимами и 48 фокусированных беседах со случайными респондентами не-караимами в 12 городах и сельской местности Крыма. Полученная информация подтверждает неоднозначность и значительную неопределённость самоидентификации караимов. Эксперты, утверждающие о своём караимском происхождении, отрицают родственные связи с евреями, считают себя этническими тюрками на основании языка, которым никто из опрошенных не владеет в необходимой мере; караизм считают независимой от иудаизма религией. Эксперты, владеющие караимским языком или ивритом, напротив, такие связи признают. Отмечена значительная социально-политическая диверсификация и атомизация оформленной общественной активности караимов повсеместно в Крыму. Общественные организации караимов конкурируют за бюджетные средства и ожидаемую государственную поддержку. В эту сферу никак не включены караимы сельской местности. Подавляющее большинство жителей Крыма не-караимов крайне слабо осведомлены о караимах как народе или совсем не имеют представления о них.  Делается вывод о том, что караимы Крыма – к настоящему времени почти полностью ассимилированный в культурном и религиозном смысле народ, хотя есть немало этнически не смешанных караимов. При этом общественно-политическая и культурно-религиозная деятельность активных представителей народа не способствует ни этнической консолидации, ни сохранению, ни возрождению малого народа.

Возрастная идентичность в современной Японии – социально-философский аспект
Новикова О.С.
DOI: 10.17212/2075-0862-2018-4.2-207-218
УДК: 316.7 (520)
Аннотация:

Анализ возрастной идентичности в данной статье используется как способ обозначить изменение отношений между поколениями в современной Японии. Возрастная идентичность понимается как элемент разрабатываемой автором уровневой модели идентичности. Воспринимая возрастную идентичность как уровень, в рамках которого человек определенного возраста разделяет или не разделяет ценности и жизненные установки своего поколения, и исходя из того, что ценности и установки могут изменяться, следуя тенденциям времени, автор осуществляет анализ данного уровня для выяснения того, похожи ли ценности и жизненные установки молодых, пожилых и представителей среднего возраста в современной Японии. Социально-философский аспект проявляется в том, что в данном исследовании возрастной уровень идентичности рассматривается не в психологическом ключе, что довольно характерно для разработки данного уровня, а с точки зрения влияния на общество изменений в сознании и восприятии мира у представителей разных поколений. Характеристикой современного японского общества являются депопуляция на фоне старения общества и уменьшения рождаемости и изменения на рынке труда. Экономические трудности: сложности с устройством на стабильную работу и низкий уровень доходов – приводят к тому, что японцы позже создают семьи или не вступают в брак вообще, и тем самым трансформируется институт семьи. На изменение института семьи влияют и изменения на гендерном уровне, поскольку всё больше женщин хотят или вынуждены работать после вступления в брак и рождения детей, и государство стремится их в этом поддерживать. Если нормы и ценности пожилых людей соответствуют представлениям о браке, детях, работе, характерным для традиционного общества, то социально-экономические реалии современного мира определяют изменение норм и ценностей для представителей среднего возраста и молодежи, что не создает острого конфликта поколений благодаря сохраняющейся традиционности и консервативности японского общества.