Кто вы, доктор Маркс?
Клисторин В.И.
DOI: 10.17212/2075-0862-2018-4.2-3-22
УДК: 330.138.15
Аннотация:

В статье с современных позиций анализируется теоретическое наследие К. Маркса, особенно в части его политико-экономических трудов. Делается попытка ответить на вопрос о причинах необыкновенной популярности его идей в прошлом и в настоящем. Рассмотрены научная программа и парадигма экономической теории К. Маркса. Выявлены принципиальные отличия его научной программы от программ других ведущих экономистов первой половины XIX века. Показано, что парадигма марксистской экономической теории существенно отличается от жесткого ядра классической политической экономии. Марксизм имеет собственную оригинальную парадигму, объединяющую некоторые элементы классической политической экономии и исторической школы, причем ведущие принципы заимствованы как раз из исторической школы, а ряд принципов классической политической экономии переведены из жесткого ядра теории в защитный слой. Рассмотрено влияние исследовательской программы и некоторых базовых элементов экономической теории К. Маркса на работы ученых, работавших в рамках альтернативных школ и направлений. Представлена критика отдельных элементов марксистской теории, а именно его исторической концепции, социологии и, особенно, политической экономии. Особое внимание уделено терминологии, особому языку Маркса. Показано, что марксизм оказал большое влияние на выбор предмета и постановку задач неоклассики, австрийской школы и различных направлений институционализма. Главное достижение марксизма состоит в постановке проблемы возникновения, развития и гибели современного буржуазного общества и адекватной ему институциональной системы, определяющей экономическую динамику и распределение общественного богатства. Марксистское объяснение экономических процессов: динамики цен, прибыли, доходов, циклического характера развития производства и многих других, а также теории исторической динамики, классовой структуры общества, неэффективности децентрализованной рыночной экономики не прошло проверку временем и не подтверждено фактами. Но многозначность марксистской критики буржуазного общества и, главное, афористичность и эмоциональность произведений К. Маркса делают его произведения весьма притягательными и в настоящее время. Причина видится в комплексном характере политико-экономической, социально-исторической и даже идеологической и психологической доктрины Маркса. Современная наука является специализированной и поэтому менее привлекательной и трудно усваиваемой по сравнению с марксистской доктриной.

Теория промышленного цикла Маркса и новаторские модели расширенного воспроизводства в США
Рыженков А.В.
DOI: 10.17212/2075-0862-2018-4.2-71-93
УДК: 330.85
Аннотация:

Теория промышленных циклов К. Маркса была фрагментарно представлена в «Капитале», исследовавшем становление и развитие капитализма до полного расцвета свободной конкуренции. Лаконичный обзор показывает, что критика этой теории Й. Шумпетером является поверхностной. Маркс не вывел математических законов кризисов. Настоящая статья частично заполняет этот пробел для государственно-монополистического капитализма на основе законов прибавочной стоимости и монопольной прибыли. Рассмотрены две модели (TM-2 и TM-2м), переход от первой ко второй происходит как восхождение от абстрактного к конкретному. TM-2 эндогенно воспроизводит циклы в положительных темпах прироста чистого продукта, TM-2м эндогенно генерирует промышленные циклы с кризисным снижением чистого продукта. Это снижение достигается путем преобразования ключевого параметра функции автоматизации в новую дискретную переменную в зависимости от абсолютного перенакопления капитала. Кроме того, введен пропорциональный контроль над нормой накопления капитала. TM-2м позволяет сравнивать воздействие экономической политики на промышленные циклы и долгосрочные тенденции в экономике США в зависимости от целевой нормы накопления капитала, выбранной государством и финансовым капиталом в конкретных сценариях. Анализ с помощью этой модели показал, что в 2018 году начнется кризис, открывающий следующий промышленный цикл, который завершится в 2025 г. в сценарии 1 или в 2026 г. в сценарии 2. Государственно-монополистический капитализм вступает в новый период перепроизводства, когда возрастает роль действенной экономической политики.

Марксизм как революция в экономической науке
Тутов Л.А.
DOI: 10.17212/2075-0862-2018-4.2-61-70
УДК: 330.8 53
Аннотация:

Статья посвящена обоснованию статуса марксизма как революции в экономической наука. Для достижения поставленной цели автору пришлось разрешить ряд методологических трудностей, связанных с междисциплинарным характером марксизма, поскольку революционные изменения могут касаться философской, социологической, политической сфер марксизма, но не затрагивать экономическую область. Показана роль идеологического фильтра, сопровождающего марксизм, что долгое время не позволяло получить представление об аутентичном марксизме. Кроме того, марксизм в своем развитии прошел несколько этапов, поэтому необходимо выбрать точку отсчета для оценки его революционности. В ходе исследования автор пришел к выводу, что марксизм привел к кардинальным изменениям в экономической теории, оформившись в самостоятельное направление экономической мысли, которое сохраняет востребованность и в наше время. Однако с позиции теории парадигм Т. Куна марксистская политэкономия не является результатом революционного переворота и новой парадигмой по отношении к классической политической экономии, а представляет собой ее продолжение в форме синтеза идей классической политической экономии и немецкой классической философии. Тем не менее, сами теоретики марксизма оценивают его как результат революционного переворота в экономической науке, поскольку развитие путем противоречий и качественных скачков составляют суть марксистской теории.

Идеи и ошибки марксизма в свете исторической макросоциологии
Розов Н.С.
DOI: 10.17212/2075-0862-2018-4.2-42-60
УДК: 316.3; 316.4.06; 316.48; 321; 330; 330.85
Аннотация:

Обсуждаются наиболее общие социально-философские и макросоциологические идеи марксизма. Рассмотрены основные аргументы тезиса о социально-экономическом характере «базиса» при отнесении политики, государства и всей духовной, культурной сферы к «надстройке», представлена критика по каждому из них. Значимость материального производства для социальных процессов и исторической динамики не отрицается, но показано, что наряду с этим фактором всегда действуют другие, не менее, а иногда более сильные факторы. Признается справедливость критики Ф. Энгельсом наивной аргументации Е. Дюринга в пользу тезиса о первичности власти и насилия, но проведенный анализ имплицитно скрытых социальных отношений собственности показывает фундаментальный характер не только отношений власти и насилия, подкрепляющих собственность, но также нормативных культурных образцов и психологических установок. Технологический прогресс теряет статус главного движителя исторической динамики и социальной эволюции. Он остается весьма важным фактором, но лишь среди иных, не менее значимых драйверов изменений. Социальные революции действительно нередко устраняют ставшие неадекватными политические формы, но также отнюдь не являются ни единственными, ни главными факторами таких перемен. Государство вовсе не является «орудием» класса эксплуататоров (феодалов, капиталистов). Государство и государственный класс (чиновники) – это почти всегда самостоятельный субъект со своими интересами, картинами мира, ресурсами. Марксизм твердо ассоциируется с борьбой за социальную справедливость, против классового неравенства, против эксплуатации человека человеком, против порабощения. Поскольку люди продолжают стремиться к повышению своего социального статуса, классовая поляризация, та или иная мера эксплуатации, социального неравенства всегда имеют место, прорываясь через все попытки ограничений и уравнивания. Это означает неизбывность спроса на социальную справедливость, которая питала, питает и всегда будет питать высокую посмертную репутацию Маркса и обеспечивает появление все новых и новых приверженцев марксизма.

Карл Маркс и марксизм в религиозном «измерении»
Антипов Г.А.
DOI: 10.17212/2075-0862-2018-4.2-23-41
УДК: 330.138
Аннотация:

Помещение Маркса, вкупе с марксизмом, в религиозный контекст может показаться странным, по крайней мере той части человечества, которая ещё помнит про «опиум для народа» и «вздох угнетённой твари». Утвердилась привычка связывать автора и его учение исключительно с формами научного знания. При более тщательном и последовательном рассмотрении оказывается, однако, что вопреки сложившемуся стереотипу исключительно сциентистской идентификации марксистской доктрины, обращение именно к религиозному контексту позволяет понять её подлинное место в истории и культуре. Как говорил русский философ Серебряного века Сергей Николаевич Булгаков, религия несёт «высшие и последние ценности, которые признаёт человек над собою и выше себя, и то практическое отношение, в которое он ставится к этим ценностям». Но что такое ценности? Ценности – суть конечные основания выбора и целеполагания. Социальной формой бытия иерархии ценностей выступает религия. В статье обосновывается тезис, согласно которому генезис марксизма стал продуктом сложной коллизии в общем культурологическом процессе, охватывавшем философию, науку и религию в их взаимосвязи. Особенностями взаимодействия данных культурных феноменов в определённом социальном контексте объясняются явно присущие марксизму культурологические черты религии.