Идеи и Идеалы

Статья посвящена образному миру этюдов Карла Черни, ор.740. Это первая работа на данную тему в отечественной музыковедческой литературе. Этюды сейчас считаются исключительно инструктивными, но это – ошибочное мнение. Карл Черни – выдающийся композитор, великий педагог фортепиано, «король этюдов», первый редактор «Хорошо темперированного клавира», ученик Бетховена, учитель Листа и Лешетицкого. Педагогику Черни нужно понимать как переходную фазу от принципов позиционной классицистической техники к принципам свободной физиологии романтического периода. Этюды Черни, ор.740, начиная с момента написания сборника в 40-х годах XIX века – неотъемлемая часть учебного процесса всех без исключения пианистов во всем мире. Как минимум 16 этюдов (всего их 50) преследуют не только инструктивные задачи, но и требуют работы образного мышления, как этюды Шопена, Листа. Образный мир этих 16 этюдов включает в себя следующие грани: образность, связанная с Веной – городом, в котором жил и работал композитор (этюды №9, 20, 29); салонная грань образного спектра (№9, 33); танцевальность (№23, 42); тембральная имитация (№4, 18, 24); героика (№14, 46, 50); пейзажная лирика (№6, 22, 36); образность ноктюрна (№45). Статья основана на монографии М.Г. Карпычева «Карл Черни. Опус 740» (Новосибирск, 2014), в которой по отдельности анализируется каждый этюд сборника в различных исполнительских ракурсах

В статье сопоставляются взгляды православной патристики с философией марксизма. Речь идет о содержании марксистской философской теории, а не об ее идеологическом оформлении. Указанное сопоставление происходит в трех ключевых аспектах: общефилософском (основной вопрос философии, эволюционизм), социально-философском (основной вопрос социальной философии, частная и общественная собственность, эксплуатация труда) и этическом (свобода морального выбора, нравственный прогресс). В связи с меньшей, по сравнению с марксизмом, известностью патристики акцент в статье сделан на изложении ее идей. Показано, что у патристики и марксизма есть множество общих или, по крайней мере, совместимых мировоззренческих тезисов. Рассмотрению этих «точек взаимопересечения» уделено в статье преимущественное внимание. Делается вывод о том, что общая философия марксизма (диалектический материализм), марксистская социальная философия (исторический материализм) и марксистская этика являются совместимыми с аутентичным православным мировоззрением в рамках единого культурного пространства. Данный вывод имеет большое теоретическое и практическое значение в рамках теории и практики реального гуманизма, он позволяет наладить конструктивный мировоззренческий диалог между различными частями российского общества

В современной России понятие либерализм у многих вызывает исключительно негативные коннотации. Сегодняшние упования на разрешение российских проблем связаны с консерватизмом, с опорой на традиционные ценности, определяемые в значительной степени православием. Иными словами, либерализм и православие в российском политическом дискурсе рассматриваются как «две вещи несовместные», в то время как русский либерализм в его консервативном варианте был тесно спаян с православной традицией. Но если общехристианские корни либерализма признают многие, то либеральный потенциал восточного христианства вызывает сомнения. Широко распространено представление о том, что якобы православие «умаляет» личность, не способствует развитию ее самостоятельности и свободы. Цель данной статьи – развеять подобные сомнения. Автор, опираясь на святоотеческое наследие, пользуясь методологией, разработанной классиком православной богословской мысли В. Лосским, современными православными философами Х. Яннарасом, С. Хоружим, раскрывает православное понимание личности (ипостаси), зашифрованное в догмате о Троице. Анализируя святоотеческое отношение к человеку, автор приходит к выводу о том,  что Православие – это религия свободы. Его философия просто пропитана пафосом свободы и гимном высокому предназначению человека, способному стать со-Творцом. Подтверждение этому – православный идеал обожения и связанное с ним учение о синергии, т.е. согласованном действии Божественной и человеческой энергий, предполагающее свободные сознательные усилия человека. Разумеется, речь идет о внутренней свободе, свободе «для», без которой реализация внешней свободы представляется проблематичной