Идеи и Идеалы

Земская статистика как система сбора информации о состоянии социально-экономических процессов стала примером комплексного изучения ситуации в аграрном секторе российского общества второй половины XIX в. Она воспринималась в качестве иллюстрации дополнительных возможностей органов местного самоуправления в пореформенном периоде. Значительные объемы получаемых статистических сведений послужили как основой для определения земских налоговых сборов, так и в качестве эмпирической базы заметных теоретических исследований. Программы земских обследований включали несколько методов сбора данных. Одним из направлений исследований в земствах стало выборочное бюджетное обследование крестьянских хозяйств. Нововведения земской статистики касались и способов табличной обработки получаемой информации. Программы исследования, методы сбора данных и способов ее обработки позволяют рассматривать практику земских статистических описаний в качестве важной предпосылки развития эмпирической социологии и практики социологических исследований в нашей стране.

В конце 1980-х гг. в контексте политики «открытия архивов» историки получили доступ к государственной статистике репрессий начала 1930-х годов. При очевидных достоинствах централизованного учета репрессий обнаружились значительные лакуны в учете и контроле за динамикой депортированного в спецпоселения крестьянства в 1930–1931 гг. Депортационные операции и создание практически с нуля системы спецпоселений не могли не вызвать статистических сбоев и искажений в отчетности, своего рода информационную «серую дыру». Социальный хаос порождал хаос статистический. На состояние учета ссыльных крестьян влияли факторы как институционального (межведомственные противоречия и рассогласования действий карательных органов, громадная текучесть кадрового состава комендатур и т.д.), так и поведенческого (активные и пассивные формы крестьянского сопротивления) характера. Результатом стало то, что статистически зафиксированная убыль населения спецпоселков в указанный период составила полмиллиона человек, или более четверти численности депортированных, однако точных данных о механизмах и соотношениях различных форм столь катастрофической убыли депортационная статистика не отразила. В данной публикации проанализированы причины информационного «сбоя» корпоративной статистики.

Данные сельскохозяйственной статистики анализируются с привлечением источников иных видов. Это позволило критически взглянуть на ключевые статистические источники: сельскохозяйственные переписи 1916, 1917 и 1920 гг. В результате перекрестного анализа статистических, делопроизводственных и повествовательных материалов автор пришел к выводу, что рост аграрного производства в Сибири в годы Первой мировой войны, как он рисуется из известных статистических источников, едва ли можно признать достоверным, зато по ряду показателей прирост производства продолжался даже в годы Гражданской войны.